— Александра, Вы музыкант, композитор, теоретик музыки и представитель творческой династии. Как Вы сами определяете своё главное призвание сегодня?

Я композитор и художник в широком смысле этого слова, художник-творец. Материал, с которым я работаю, это звук. Сегодня я ставлю перед собой задачу наблюдать, изучать и анализировать происходящее вокруг.

Творчество для меня не является сублимацией собственных переживаний, это прежде всего интеллектуальный труд. И главное, что я могу делать сейчас, это впитывать как можно больше впечатлений, знаний и опыта. Как художник я ощущаю потребность создавать искусство, которое было бы чем-то большим, чем я сама.

— Помните ли Вы момент первой встречи со скрипкой? Когда пришло осознание, что музыка станет Вашей судьбой?

С музыкой я познакомилась в самом раннем детстве. Помню, как много мы слушали радио «Орфей» с его удивительными программами и музыкальными подборками.

В музыкальную школу меня отдали довольно рано, сначала для общего развития, а затем, когда стало понятно, что у меня хороший слух, родители решили заниматься этим серьёзно.

Изначально я не хотела идти на скрипку, но мы выбрали именно этот инструмент. Я не жалею о своём выборе, хотя со скрипкой меня связывает особое, порой даже болезненное чувство. К окончанию музыкальной школы я поняла, что исполнительство не станет моим главным путём, и выбрала другую, более сложную дорогу.

— Вы выросли в семье художников. Как творческая атмосфера дома повлияла на Ваше мировоззрение и отношение к искусству?

Искусство всегда было частью моей жизни на самом бытовом уровне. Я буквально росла в художественной школе, где работала мама, среди гипсов, натюрмортов, лекций по истории искусства и бесконечных разговоров о творчестве.

Меня никогда специально не учили рисовать, это происходило само собой.

Думаю, именно эта атмосфера повлияла и на меня как на композитора. У меня сформировалось стремление к эклектике, большая любовь к неакадемической культуре при сохранении академического стержня.

Когда живёшь среди старых драпировок, птичьих перьев и учебных постановок, даже самые простые вещи начинают восприниматься как предмет искусства. Именно отсюда выросла моя способность принимать разные жанры и направления и желание порой соединять, казалось бы, несовместимое.

Но когда постоянно находишься внутри искусства, очень важно сохранить способность удивляться. Только она позволяет оставаться чутким человеком и художником.

— Расскажите о своих родителях. Какие качества и ценности они передали Вам?

Я всегда чувствовала безусловную поддержку и доверие семьи.

Наверное, самым важным, чему научили меня родители, стали честность, умение приспосабливаться к обстоятельствам и способность делать своё дело несмотря ни на какие препятствия.

— Каким был Ваш путь музыкального образования? Какие педагоги сыграли решающую роль в Вашем профессиональном становлении?

Этот путь одновременно был и простым, и сложным. Простым, потому что всё казалось предопределённым: школа, училище, консерватория.

И сложным, потому что за этим стоят огромный труд, эмоциональные и физические силы, причём не только мои, но и всей моей семьи.

С каждым годом вопросов становится только больше. Как быть композитором? Как найти своё место в профессии? Что вообще значит быть художником сегодня?

Учителя сыграли в моей жизни огромную роль. Были и те, кто не верил в меня, говорил, что я никуда не поступлю и что музыка вовсе не профессия. Но были и люди, которые увидели во мне гораздо больше.

Я бесконечно благодарна своему школьному педагогу по теоретическим дисциплинам, которая поддерживала мои первые композиторские опыты. Огромную роль сыграли мои преподаватели в училище, ставшие для нас настоящей семьёй.

Мне невероятно повезло учиться сначала в классе профессора Татьяны Алексеевны Чудовой, а затем в классе Ольги Евгеньевны Бочихиной.

И вообще я очень люблю своих учителей и благодарна всем, кто когда-либо вкладывал в меня силы и время.

— Чем для Вас отличается состояние композитора от состояния исполнителя?

У меня почти всегда присутствует страх сцены, и мне гораздо комфортнее исполнять собственную музыку, чем чужую.

Тем не менее я стараюсь работать над собой, расширять исполнительские возможности, в том числе изучаю японские традиционные инструменты.

Сочинение и исполнение музыки для меня совершенно разные состояния. В процессе композиции я гораздо лучше контролирую происходящее, но удовольствие мне приносят оба этих пути.

— Как теоретик музыки Вы изучаете её законы, а как музыкант проживаете её эмоционально. Не спорят ли между собой разум и вдохновение?

Вдохновение и эмоциональность для меня разные вещи.

Когда профессионально занимаешься искусством, понятие вдохновения постепенно перестаёт существовать в привычном понимании. Но способность анализировать эмоциональную составляющую и понимать, как устроено искусство, остаётся необходимой.

— Вы работаете в редакции «АртМосковии». Помогает ли журналистская деятельность иначе взглянуть на современное искусство?

Иногда взгляд из «АртМосковии» настолько сильно выбрасывает меня из привычного маленького консерваторского мира, что буквально кружится голова.

И именно поэтому этот опыт кажется мне невероятно полезным.

— Какие композиторы, художники или мыслители оказали на Вас наибольшее влияние?

Пока я учусь, на меня влияет буквально всё.

Я не ищу примеров для подражания, но есть явления, которые стали фундаментом моего внутреннего мира.

Во-первых, это немецкий писатель Михаэль Энде. Его «Бесконечная история» стала первой книгой, которую я прочитала самостоятельно, и до сих пор остаётся одной из главных книг моей жизни.

Во-вторых, это музыка группы «Мельница».

Эти два явления стали опорами моего внутреннего мира, на которые со временем наслаивалось всё остальное.

— Если представить, что через двадцать лет Вы откроете это интервью, какой творческой вершины Вам хотелось бы к тому моменту достичь?

Мне хотелось бы, чтобы то, что я делаю, оставалось важным и для общества, и для меня самой.

Я не знаю, что именно мне предстоит создать, но очень хочу не разочароваться в себе и сохранить искренность в искусстве.

И, конечно, хочется верить, что через двадцать лет моя профессия будет меня кормить. А буду ли я писать симфонии, музыку к фильмам, выпускать альбомы или заниматься всем сразу, покажет время.

— Анастасия, помните ли Вы тот момент, когда поняли, что искусство станет не просто увлечением, а Вашим настоящим жизненным призванием?

Да, я помню этот момент.

Я рисовала с детства, мне это очень нравилось. Я поступила в университет, но сомнения всё равно присутствовали. Осознанное решение связать свою жизнь с живописью пришло уже после его окончания.

Однажды я писала небольшую картину как воспоминание о нашем первом выездном пленэре в Калужской области с педагогом, которого к тому времени, к сожалению, уже не было с нами. И именно в процессе работы над этой картиной я вдруг ясно осознала, что это мой путь.

Это понимание пришло тихо и спокойно. Его невозможно было ни оспорить, ни объяснить словами. Просто стало очевидно, что другой дороги для меня нет.

— Какой была Ваша первая встреча с миром живописи и кто оказал наибольшее влияние на Ваше становление как художника?

Сложно сказать. Я росла в маленьком городе, где не было музеев, только книги с репродукциями.

Думаю, в мир искусства меня ввела моя первая преподавательница по рисованию в художественной школе. Она не учила нас в традиционном смысле этого слова, а следовала за нашими желаниями, помогала их реализовывать и очень мягко давала учебные задания.

Она много рассказывала о своей художественной жизни, о художниках и мире искусства. Думаю, именно тогда произошло моё первое настоящее погружение в этот мир.

— Ваши работы наполнены особой теплотой и искренностью. Какие жизненные ценности Вы стремитесь передать зрителю через своё творчество?

Я хочу, чтобы зритель останавливался перед картиной и замечал красоту момента.

В мире происходит слишком много тревожных и тяжёлых событий, и мне важно через своё искусство напоминать о хрупкости и, в каком-то смысле, иллюзорности нашего восприятия реальности.

Мне хочется показать, насколько важно замедлиться и сосредоточиться на настоящем. Прошлое уже ушло, будущее существует лишь в наших мыслях, а единственное, что у нас действительно есть, это настоящий момент.

Я хочу, чтобы человек научился проживать его глубже: замечать, чувствовать, впитывать жизнь, не пропуская её мимо себя.

— Сегодня Вы не только создаёте собственные произведения, но и проводите мастер-классы для детей. Что для Вас значит работа с юными художниками и чему они, в свою очередь, учат Вас?

У меня есть студия, где я преподаю живопись детям и взрослым. Но особенно мне нравится работать именно с детьми.

Прежде всего они учат искренности и честности. Дети, особенно младшего школьного возраста, очень открыто выражают свои эмоции и так же прямо говорят о том, что чувствуют.

Для меня это невероятно ценное качество. В современном мире люди часто скрываются за масками, а дети остаются открытыми и подлинными. Работая с ними, я и сама позволяю себе быть более естественной, общаться честно и искренне.

И ещё дети умеют радоваться простым вещам. Этому они тоже учат меня каждый день.

— Как Вы считаете, можно ли через творчество воспитать в ребёнке не только художественный вкус, но и такие качества, как доброта, ответственность и уважение к миру?

Да, я считаю, что через творчество можно воспитать в ребёнке не только художественное восприятие, но и очень важные человеческие качества.

Когда ребёнок создаёт что-то своими руками, он учится вниманию, терпению и ответственности: за процесс, за материал и за результат. Творчество приучает доводить начатое до конца и уважать собственный труд.

Кроме того, через работу с образом и темой можно мягко формировать отношение к миру: умение видеть красоту в простом, бережное отношение к окружающему, чувствительность к деталям и состояниям.

И, пожалуй, самое главное, в творчестве ребёнок учится честно выражать себя. А там, где есть честность с собой, естественным образом появляются доброта, уважение к другим и внимательное отношение к миру вокруг.

— Ваша история любви объединила две культуры. Вы создали красивую и дружную семью. Какие семейные ценности помогают сохранять гармонию в доме?

Для меня самое важное — любовь и уважение друг к другу.

Мы очень разные люди, но в главных жизненных принципах смотрим на мир одинаково. Мы искренне интересуемся внутренним миром друг друга, и именно это помогает нам бережно сохранять то, что есть между нами.

— Насколько семья влияет на Ваше творчество? Бывают ли картины, вдохновлённые близкими людьми или важными семейными моментами?

Семья влияет на моё творчество самым непосредственным образом. Конечно, времени на работу становится меньше, но поддержка близких невероятно важна.

Я знаю, что мой муж и родные верят в меня, и это даёт силы двигаться вперёд и развиваться. Если я занята в мастерской, мои близкие всегда относятся к этому с пониманием. Иногда дома может не быть приготовленного ужина, но никто не ставит мне это в упрёк. Такая поддержка бесценна.

— Художник постоянно находится в поиске вдохновения. Где Вы находите его сегодня: в путешествиях, общении с людьми, природе, семье или в собственных размышлениях?

Моё вдохновение живёт в тишине, природе и времени.

В последнее время меня особенно интересует само явление времени: то, как мы его воспринимаем, как события постепенно уходят из памяти или, наоборот, остаются в ней навсегда.

Мне интересно наблюдать, как человек переживает реальность, осмысляет прошлое и мечтает о будущем. Именно это ощущение течения времени и особенности человеческого восприятия становятся для меня важнейшими источниками вдохновения.

Я вижу свою задачу в том, чтобы создавать особые пространства, помогающие человеку почувствовать себя частью времени, осознать своё место в нём. Эта необъятная и почти непостижимая тотальность времени является для меня мощным созидательным импульсом.

— Если бы Вам нужно было описать свою творческую философию всего тремя словами, какими бы они были и почему именно эти?

Пожалуй, я могла бы выразить её одним словом — «мираж».

Для меня жизнь во многом напоминает мираж: мы никогда не можем быть абсолютно уверены в том, что является реальностью. Каждый человек воспринимает мир через собственный опыт, память и внутреннее состояние.

Именно это ощущение многослойности и субъективности мира лежит в основе моего творчества.

— Оглядываясь на свой путь, что бы Вы сегодня сказали той молодой девушке, которая только мечтает стать художником, но ещё не решается сделать первый шаг?

Я бы сказала ей: «Ничего не бойся. Верь в себя и иди своим путём — он единственно правильный. Наблюдай этот мир и учись быть в каждом моменте своей жизни».

— Мария, вы работаете в узнаваемой точечной технике point-to-point. Как начался ваш путь к этому художественному языку? Это было интуитивное решение или результат длительного поиска?

Это удивительная история о том, как я придумала технику, которая существовала за тысячи лет до меня (смеётся).

На серьёзное творчество меня вдохновила поездка в Тунис. Там находится удивительный город художников Сиди-Бу-Саид, где бело-голубые дома утопают в цветах, а на берегу Средиземного моря мастера расписывают керамику невероятной красоты. Вернувшись в Москву, я настолько увлеклась росписью, что начала самостоятельно экспериментировать с различными художественными приёмами и материалами. Так постепенно мои поиски привели меня к точечной росписи.

Позже, изучая историю этого направления, я узнала, что техника point-to-point имеет богатое культурное наследие и во многом перекликается с художественными традициями австралийских аборигенов. Тогда я поняла, что интуитивно прикоснулась к древнему и универсальному художественному языку.

— Ваша техника требует высокой концентрации и времени. Что для вас сам процесс создания работы? Это медитация, дисциплина или способ структурировать внутренние состояния?

Пожалуй, всё это одновременно.

Свою первую авторскую работу в точечной технике я создала в период сильных эмоциональных переживаний. Тогда я буквально не могла заниматься ничем другим, кроме творчества. Поставив первую точку, я подняла голову лишь спустя семь часов, когда работа была завершена. Вместе с этим пришло удивительное ощущение внутренней тишины и покоя.

Именно тогда я впервые по-настоящему поняла, что такое сублимация и почему творчество способно становиться терапией. Для кого-то часы, проведённые за постановкой тысяч точек, кажутся испытанием, а для меня это медитация, способ услышать себя и бережно перенести внутренний мир в художественное пространство.

— Точечная техника сегодня воспринимается как очень актуальное направление. Как вы сами объясняете её современное звучание?

Точечная техника обладает многовековой историей. На протяжении времени точка трансформировалась, открывая новые художественные направления: от древних орнаментальных традиций до пуантилизма и современного искусства.

Мне очень близка мысль художника Василия Кандинского о точке как о первооснове художественного языка. Точка проста и понятна каждому, но именно из точек рождаются самые сложные композиции.

В развитии моего художественного языка большую роль сыграли мои коллеги — художники Союза. Меня поддержали не только опытные мастера, но и, в частности, президент Союза Анастасия Брик и заслуженный художник Алексей Чайкасов. Каждый из них по-своему помог мне увидеть технику глубже, расширить её контекст и укрепить собственный художественный вектор.

В каком-то смысле это отражает устройство самой Вселенной. Всё великое состоит из мельчайших элементов. Возможно, именно поэтому точка остаётся настолько актуальной и сегодня. Она напоминает человеку о важности деталей и о том, что грандиозное всегда начинается с малого.

— Вы проводите большое количество мастер-классов. Какую роль в вашей жизни играет преподавание?

У меня никогда не было цели научить человека рисовать «правильно». Гораздо важнее помочь ему найти и раскрыть собственную творческую искру.

Иногда мне кажется, что в любой непонятной ситуации я просто начинаю рисовать точки.

— Продолжая тему внутреннего ресурса, расскажите о вашей арт-терапевтической практике.

В какой-то момент я увидела, как даже один художественный мастер-класс способен заметно изменить эмоциональное состояние человека. Это подтолкнуло меня к изучению арт-терапии и её возможностей.

Если к психологу человек приходит поговорить, то к арт-терапевту — творить. Здесь моя задача уже не научить рисованию, а создать пространство для безопасного и безоценочного выражения чувств через художественный процесс.

Для многих людей такая возможность становится настоящим открытием. Арт-терапия помогает переосмыслить жизненные ситуации, найти внутренние ресурсы и увидеть новые пути развития.

Сегодня практически все мои мастер-классы проходят через арт-терапевтическую призму, потому что для меня искусство всегда было не только эстетикой, но и инструментом внутренней трансформации.

— И в завершение: как вы сегодня определяете свой путь в искусстве?

Мои работы во многом метафоричны. Каждый зритель находит в них собственные смыслы, и именно это кажется мне самым ценным.

Я создаю картины в особом медитативном состоянии и стремлюсь к тому, чтобы встреча с ними меняла внутреннее состояние человека, дарила вдохновение, спокойствие и ощущение гармонии.

Одной из моих главных целей сегодня является создание масштабной мультимедийной персональной выставки, где зритель сможет полностью погрузиться в атмосферу созерцания и внутреннего наполнения. Мне хочется создавать не просто экспозиции, а пространства, способные менять состояние человека и открывать новые горизонты восприятия.

— Ксения, у каждого творческого человека есть своя точка отсчёта. У вас она, говорят, с интересной историей. С чего всё началось? Это был спонтанный поворот или момент, когда стало ясно: по-другому уже нельзя?

— Всё началось ещё в детстве. Я развивала насмотренность через фильмы, черпала идеи из книг и постепенно начала менять пространство вокруг себя под собственное ощущение красоты. Рисовала проекты полок, которые потом мастерил для меня папа, подолгу искала обои, чтобы они совпадали с картинкой в моей голове.

Со временем я оставила танцы и поступила в художественную школу. Тогда мои идеи начали проявляться во всём — в одежде, в комнате, в предметах вокруг. Так я училась выражать себя через визуальную форму.

Когда красота работает на смысл

— Вы работаете в графическом дизайне, где эстетика всегда должна выполнять задачу. Как удаётся находить баланс между красотой и функцией? Бывает ли, что приходится отказываться от идеи, которая нравится лично вам?

— Я стараюсь смотреть на проект с разных сторон: глазами клиента, пользователя и своими. Важно учитывать ожидания всех и находить решение, которое будет работать комплексно.

Есть принцип, который часто подтверждается на практике: если решение нравится мне, оно с большой вероятностью понравится и заказчику. Конечно, бывают корректировки, но основа всегда в балансе эстетики и смысла.

Между проектами и повседневной жизнью

— Вы мама двоих детей. Креатив помогает справляться с бытом или наоборот быт даёт идеи? Как выглядит ваш день без прикрас?

— Мой день всегда начинается с планирования. Если нет форс-мажоров, я смотрю на своё внутреннее состояние и решаю, в каком ритме работать.

Если есть ресурс, я беру проекты. Если нет — занимаюсь домом, цветами, переключаюсь. В течение дня я также мама, которая развозит детей по секциям и кружкам, поэтому всё очень гибко и динамично.

Иногда идее нужно время

— Есть мнение, что вдохновение — это привычка, а не случайность. Что вы делаете, когда работа не идёт, а сроки поджимают?

— Когда приходит новый проект, я редко сразу сажусь за работу. Я некоторое время просто думаю о задаче, прокручиваю варианты, даю идее сформироваться внутри.

Когда образ уже сложился, остаётся только реализовать его.

Если всё же не идёт, я делаю паузу. Иногда лучше переключиться на уборку, рисование или уход за растениями. Часто решение приходит ночью, когда нет давления и появляется внутренний фокус.

Дизайн как состояние

— В ваших работах чувствуется энергия. Вы больше отталкиваетесь от идеи или внутреннего состояния? Что для вас сильное визуальное решение?

— Чаще всего старт идёт от состояния. То, как я чувствую проект, сильно влияет на визуальный язык. Но идея всегда рядом, она направляет.

Сильный визуал для меня — это когда человек смотрит и сразу понимает смысл, настроение и посыл. Без дополнительных объяснений.

О проектах и совпадении по духу

— Есть ли проекты, которые особенно вдохновляют? И как вы работаете с задачами без эмоционального отклика?

— Мне важно совпадение по духу с клиентом. Я люблю работать с творческими людьми, где есть доверие и общая чувствительность к визуалу.

Когда приходит новый заказчик, я сначала стараюсь понять его мышление и то, как он видит свой бренд. От этого зависит, насколько глубоко я смогу включиться в проект.

Перезагрузка и тишина

— Кажется, что идеи у вас рождаются постоянно. Вы умеете останавливаться?

— Я учусь этому последние несколько лет. Это оказалось сложнее, чем ожидалось.

Полностью отключаться пока не всегда получается, но становится легче. Очень помогает работа с растениями. Когда я ухаживаю за ними, голова полностью переключается, и появляется тишина внутри.

Семья и личное пространство

— Какую роль играет семья в вашей творческой жизни?

— Семья для меня отдельное пространство. Я люблю творчество с детьми, но моя профессиональная работа — это самостоятельная зона.

Близкие уже привыкли к моим идеям, вроде внезапной смены цвета стен дома, но в целом творчество остаётся моим личным процессом.

Если бы не было ограничений

— Каким был ваш идеальный проект?

— Это был бы проект полного цикла, где мне доверяют всё: название, айдентику, визуальный стиль, пространство и коммуникацию.

Мне важно создавать цельные системы, где каждая деталь поддерживает общую идею.

Простыми словами о профессии

— Если дети спросят, чем вы занимаетесь, как объясните?

— Я создаю изображения и визуальные истории, которые помогают людям понять смысл и почувствовать настроение того, что они видят.

–Ануш, начнём с самого вкусного. У вас, говорят, довольно необычная история старта. Это была случайность, авантюра или судьба, которая сказала: «Так, теперь рисуешь»? Помните тот момент, когда всё стало необратимо?

Во мне, как и в любом художнике, всегда бушует вопрос: тем ли я занимаюсь? Почему я не менеджер, не учитель? Но все эти необъяснимые волны внутри меня не могут не изливаться наружу.

Сколько себя помню, я рисую. По-другому просто не умею. Но был и длительный перерыв: рождение детей, воспитание, их интересы поглотили меня почти на десять лет. Я чувствовала, как растворилась в домашнем воздухе.

И однажды словно проснулась. Поняла, что в первую очередь я — это я. Не только женщина и мать, а женщина-художник. И тогда моё окружение будто вступило со мной в игру. Я оттолкнулась от домашней поверхности, полной детского смеха и слёз, и ушла в исцеление своей творческой, ранимой души.

Сначала мне казалось, что для искусства необходима тоска. Но я ошибалась. Мне просто было необходимо художественное исцеление.

⸻

Вы производите впечатление человека, у которого внутри постоянно работает генератор идей. Он вообще когда-нибудь выключается? Или даже в очереди в магазине вы уже мысленно собираете новую работу?

Да. В отличие от меня, этот генератор не спит никогда. Воображение работает даже тогда, когда я этого не замечаю.

Случайные кадры в кино, музыка, тени от ветвей деревьев, солнце, дождь. А ещё увлечение моих детей музыкой и балетом, красивые люди… и я сама тоже являюсь своим вдохновением.

⸻

Вы мама двух девочек. Как выглядит ваша творческая реальность: сначала кисти, потом косички или всё одновременно? Дети вмешиваются в процесс или уже выступают как арт-директора?

Мне нравится, что дети, их друзья и даже учителя следят за моим творчеством. Девочки, конечно, не вмешиваются в сам процесс, но иногда я могу обратиться к ним за советом.

Как только я выделила себя как главную фигуру в собственной жизни, домашние заботы стали даваться легче. Оставаясь заботливой мамой, я при этом отдельная единица: я — художник, я — творец.

Так что всё происходит одновременно.

⸻

Скажите честно: бывало ли, что одна из ваших лучших идей рождалась не в студии, а, например, на кухне или в момент полного хаоса? Насколько вы зависите от «идеальных условий»?

Для меня лучшая идея рождается именно из внутреннего хаоса, когда во мне сталкиваются совершенно полярные чувства.

Часто я просыпаюсь уже с готовым творческим состоянием. От чего это зависит, понятия не имею. Вот сегодня, например, проснулась с тяжёлыми веками, полными слёз, а в груди будто кто-то хлопает крыльями. И в этом сумасбродстве я еду в мастерскую.

По дороге слушаю музыку, и всё начинает выстраиваться в линию. А иногда я ощущаю себя лучом, прожектором, шаровой молнией.

⸻

В ваших работах чувствуется свобода и лёгкость. Это результат внутреннего состояния или годы дисциплины, которые просто не видны зрителю? Что для вас важнее сегодня: импульс или контроль?

Это очень субъективно. То, что одному кажется свободой и лёгкостью, другому может показаться медитацией, грустью или даже леностью.

Но внутри себя я действительно культивирую лёгкость и расслабленность. Мне крайне важно быть в мире с собой, в любви к себе. Важно быть наполненным сосудом. В этом и заключается моя личная дисциплина.

Я постоянно занимаюсь саморефлексией. Моим работам свойственны расслабленность, текучесть, женственность, туманное настроение и медитативность.

⸻

А теперь более коварный вопрос.

Были ли у вас работы, которые вы сделали «на заказ», а потом подумали: «Ну… это не совсем я»? Что вы делаете в таких ситуациях?

Работа на заказ — не совсем мой формат. Хотя такой опыт у меня, конечно, был.

Мне очень важно чувствовать связь с телом картины. А с заказом такое происходит редко. И мысль «это не я» действительно вносит внутренний дисбаланс. Потом приходится заново настраиваться на себя.

⸻

Ещё один честный момент. Случалось ли, что вы сомневались в своей работе уже после того, как её похвалили? Вы больше доверяете себе или внешней реакции?

Конечно. Сомнения всегда идут со мной рядом. Очень часто меня штормит, появляется чувство неудовлетворённости итогом. Особенно когда пишешь работу в состоянии полной влюблённости, а в финале большого чувства будто не случилось.

Хотя иногда любовь догоняет позже.

В этом смысле я верю только себе. Мне необходима полная глубина отдачи и настоящая эмоция от картины, потому что мы с ней всегда связаны.

Но, конечно, когда зритель реагирует тепло, появляется ощущение: значит, ты всё-таки на верном пути.

⸻

Вы явно человек с чувством юмора. Помогает ли оно переживать творческие кризисы? Или, наоборот, иногда мешает воспринимать искусство слишком серьёзно?

Да, чувство юмора спасает. Если бы не оно, пришлось бы сойти с ума.

Оно помогает не только в творчестве. Это почти легальный способ побега от реальности, которая не всегда бывает доброй к художнику.

А когда приходит творческий кризис, меня очень поддерживают люди, которые любят меня и верят в то, что я делаю. Благодаря этому кризисы никогда не бывают слишком глубокими и редко длятся дольше недели.

⸻

Есть ли у вас «запретные» темы или форматы, за которые вы пока не готовы браться? Или вы из тех, кто сначала попробует, а потом уже разберётся?

Если у меня и есть запреты, то я о них пока ничего не знаю. Я разрешаю себе всё, что хочу. И тогда, когда хочу. Наверное, просто не люблю себе что-то запрещать.

Последний год я работаю с новым для себя материалом — керамикой. Она живая, пластичная. Мне очень нравится объём, нравится видеть, как плоский рисунок может буквально оживать.

Есть форматы и материалы, к которым я пока не готова подойти вплотную. Но это не из-за страха, а скорее из-за отсутствия интереса. Возможно, временного.

⸻

И напоследок. Если ваши дочери однажды скажут: «Мама, мы тоже хотим быть художниками», вы их поддержите… или сначала аккуратно расскажете всю правду про дедлайны, сомнения и ночные идеи?

Скажу: «Только через мой труп!»

Шучу, конечно. Они свободные птицы. Мы, родители, всего лишь почва, а дети — таинственный и прекрасный лес.

Разумеется, я буду с ними честна. Не стану романтизировать эту профессию. Она может быть тяжёлой физически, а морально порой и вовсе беспощадной.

Но пока они ни разу даже не намекали на желание стать художницами. Так что живу спокойно.

В разговоре с Ануш Амалян постоянно возникает ощущение движения: будто перед тобой не человек, а состояние. Она говорит о живописи как о внутренней погоде, о картинах как о продолжении нервной системы, а о творчестве как о способе не потерять себя среди повседневности. И, возможно, именно поэтому её работы не пытаются кричать. Они делают куда более редкую вещь: остаются внутри надолго, как свет, который не гаснет даже после закрытия выставки.у спокойно.

⸻

– 6 июня наша страна отмечает 224-ю годовщину со дня рождения Пушкина. Анастасия, вы помните свои первые впечатления, связанные с великим поэтом?

– Наверное, эти воспоминания можно назвать одними из самых ярких впечатлений детства. Моя мама часто читала мне сказки Пушкина. Я представляла героев так живо и реалистично, что казалось, словно смотрю увлекательный фильм. И уже тогда меня завораживал стиль, ритм и образность поэзии Александра Сергеевича. Хотя, будучи ребенком, объяснить этого еще не могла. Все происходило на уровне чувств.

– Став взрослым человеком со своим определенным жизненным опытом, изменили ли свое восприятие творчества Пушкина?

– Дерзкий, озорной и свободолюбивый Александр Сергеевич. Каждое его произведение наполнено страстью жизни и интересом. Мой опыт, порой не самый прекрасный, дал мне совершенно новое понимание. Я стала более глубоко чувствовать и видеть, какие смыслы вкладывал он в то или иное произведение. Например, несколько лет назад в момент сложной и, казалось бы, безвыходной жизненной ситуации, перечитала стихотворение «Пророк». Конечно, мы его помним из курса школьной программы. Но в более зрелом возрасте оно воспринимается уже совершенно иначе. Скажу, что в тот момент реакция была неожиданной – я ощутила его каждой клеточкой своего тела, на глазах навернулись слезы: «…Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».

– То есть для вас важна именно страсть к жизни в его произведениях?

– Да. И не только. Живописный слог. Я вижу эту живописность, эту жажду любви и свободы, чувственность. Богатство русского языка. Тонкое переплетение смыслов. Пушкин гениально создавал «словесные узоры». При всём переданном богатстве русского языка произведения его понятны. В них читается русская душа. Он раскрывает код русской души – величественной и щедрой. Души доброй, заботливой и открытой. Игривой и веселой при всей своей серьезности.

– Действительно, в последнее время все чаще говорят о русском культурном коде, о тех уникальных чертах характера русских людей, о ярких представителях литературы и искусства.

– Считаю, что эта тема важна особенно сейчас. Ведь мы живем во времена потребительского отношения к жизни, потери жизненных ценностей. Поэтому Пушкин актуален как никогда. Его произведения полны любви и красоты. Как тонко он передает эти чувства через слово. В его произведениях есть сила духа, размах русской души, сострадание и любовь, прощение и принятие. И мы должны учиться у Александра Сергеевича любить свою семью, своих друзей, любить свою Родину, любить жизнь.

– Безусловно, вы являетесь ценителем творчества Александра Сергеевича. Расскажите об одном из любимых произведений.

– Очень люблю повесть «Метель». В ней как раз культурная коннотация. Но мой Пушкин – это лирика с неповторимым узором. Он умел и любил писать в разных стилях. Что мне тоже отзывается. Я пишу в разных стилях.

– В одном из интервью вы упомянули о том, что в своих работах часто используете техники мастеров прошлых веков. Информацию о них черпаете из старинных книг. Но, однажды вам удалось соприкоснуться с «живой» историей. Расскажите об этом удивительном событии.

– В 2017 году меня – девушку из Самары позвали на Пушкинский вечер. И куда? Во Францию, в Ниццу! Я получила приглашение лично от французской графини Татьяны дё Баняже, с которой ранее посчастливилось познакомиться на выставке в Каннах. На этом мероприятии мне предстояло встретиться с прямыми потомками Пушкина. Конечно, я не могла приехать без подарка и решила презентовать картину. Образ родился мгновенно. За основу был взят сюжет поэмы «Руслан и Людмила». В центре композиции я изобразила Руслана и Людмилу на коне. В руке у Руслана мешок, в котором карла с отрубленной бородой. А автор – А.С. Пушкин как бы наблюдает за своими персонажами со стороны. И во время работы над картиной со мной произошла некая трансформация, новое понимание смыслов. В очередной раз я посмотрела на творчество Пушкина иначе, с точки зрения зашифрованных символов, метафор и сравнений. Поясню свою мысль. Руслан символизирует силу, мощь государства, иначе саму Русь. А Людмила – русский народ, христианскую веру. Карла с отрубленной головой – это некий собирательный образ зла, которое рано или поздно будет повергнуто.

Пушкин передал мне этот код. Я художник, который вкладывает в свои картины смыслы. В каждой картине есть тонкий духовный посыл – это чистота, любовь, красота, служение и вера. Вера в людей. Вера в Создателя. И, конечно, свобода. Я делаю это красками и кистью. Пушкин делал это пером и словом. В произведениях Пушкина душа. Именно это мне откликается, именно это мне присуще.

– Каково ваше впечатление от знакомства с потомком Александра Сергеевича Пушкина?

– Познакомились мы на званом ужине в Ницце. Александр Александрович является последним прямым потомком великого поэта по мужской линии. На Пушкинский вечер он приехал со своей очаровательной супругой Марией-Мадлен Александровной Пушкиной-Дурновой. К слову, она двоюродная правнучка Николая Гоголя. Александр Александрович очень импозантный, интеллигентный мужчина и очень приятный собеседник. С огромным удовольствием рассказывал мне историю своего рода. Они с супругой живут в Бельгии и активно популяризируют имя Пушкина в Европе. Оказывается, там очень хорошо знают имена Достоевского и Толстого. А вот с творчеством Пушкина европейцы практически не знакомы. Парадокс.

С 1999 года Александр Александрович является сопредседателем Международного благотворительного фонда им. А.С. Пушкина. Они с супругой регулярно устраивают русские вечера, где звучат стихи великого поэта. Организуют театральные постановки. А вырученные средства передают на благотворительность. Одно время они очень активно возили своих друзей из Бельгии в Россию. Знакомили с богатейшей культурой нашей страны, традициями и укладом жизни русского народа.

В той поездке я познакомилась и с представителями Российского Императорского Дома. Была представлена Её Высочеству княгине Феодоре Романовой. Среди высоких гостей вечера были дипломаты и общественные деятели. Приятное знакомство состоялось с консулом, президентом ассоциации «Друзья Русского Собора Ниццы» Пьером де Фермором. Он также является членом Союза Императорской гвардии России и членом Петербургского круга. У него русские корни. Мы до сих пор поддерживаем связь и иногда созваниваемся.

Во Франции я прикоснулась к эпохе, которую просто обожаю, через атмосферу и общение с потомками великих русских людей. И эти впечатления останутся со мной на всю жизнь.

– Выше вы упомянули о том, что в свои картины вкладываете тонкий духовный посыл через служение и веру. Поясните, пожалуйста.

– Искусство служит людям. Оно является частью духовной жизни общества. Через произведения мы – художники можем влиять на духовный мир человека, на его мировоззрение. Искусство проносит через годы и столетия код красоты, величия, примет времени.

— В заключение нашего разговора, что бы вы пожелали читателям?

– Читайте Пушкина, друзья. Это эстетика целой прекрасной эпохи, изящной и нравственной. Пушкин – это Вселенная, загадочная и манящая своими тайнами. Их предстоит разгадывать ещё многим поколениям. Его произведения будут жить вечно. Потому, что они не только обогащают словарный запас читателя, но и дают духовную силу. Они несут тот самый культурный код русского человека.

Это мероприятие трудно назвать фестивалем в его буквальном смысле. Скорее встреча единомышленников – художников, приехавших из разных уголков России. Все дни участники погружались в атмосферу душевного общения и творчества. И все это на фоне прекрасного «природного» интерьера.

Так же в течение трех дней художники работали над созданием полотен с интерьерами и экстерьерами отеля и усадьбы, которые впоследствии стали экспонатами выставки для постояльцев и гостей отеля. Красивой и приятной финальной точкой фестиваля стала церемония определения и награждения победителя. Им стала самобытная художница из Самары Дина Ковалева.

— Дина, поделитесь своими ощущениями от мероприятия в отеле PALMIRA GARDEN HOTEL & SPA?

— Всегда приятно получать приглашения на арт-фестивали, особенно, когда это приглашение от президента «Евразийского союза художников» Анастасии Брик. Москва славится своим гостеприимством. В этот раз она удивила и порадовала. Шикарный отель PALMIRA GARDEN HOTEL & SPA устроил высококлассный приём. Была создана максимально благоприятная обстановка для художников, чтобы они создавали свои шедевры. Как результат моего участия — это три работы, написанные в проекте фестиваля. Думаю это и является показателем успешного сотрудничества, когда принимающая сторона выполнила все условия и превзошла ожидания, а участники создали великолепные работы, наполненные светом весны и профессионализма. В связи с этим мне хочется говорить только слова благодарности и выразить желание дальнейшего сотрудничества, как с Анастасией Брик, так и с её партнёром парк — отелем PALMIRA GARDEN HOTEL & SPA.

— Расскажите немного о себе, как начался творческий путь?

— Можно сказать, что мой творческий путь начался ещё в детстве. Ребёнком я побывала у подружки в Детской художественной школе и мне очень понравилась творческая атмосфера. Моя мама также дружила с «большими» художниками, у которых мы часто бывали в мастерских и участвовали в различных мероприятиях: вернисажах, открытиях выставок, пленэрах. Поэтому я решила, что это интересная профессия, которой я хочу заниматься всю свою жизнь.

Отучилась в Детской художественной школе, окончила ее с отличием, и пошла учиться дальше в педагогическое училище на отделение «Изобразительное и декоративно-прикладное искусство». Параллельно я училась в вечерней Художественной школе, чтобы постоянно поддерживать свои профессиональные навыки. Окончив училище с отличием, я поступила в Государственный Самарский Педагогический университет на отделение «Изобразительного и декоративно-прикладного искусства».

Во время учебы я принимала участие в различных региональных, зональных выставках на родине в Самаре. А в 2005 году подала документы на вступление в Союз художников России, куда позже меня приняли. Могу сказать, что мой творческий путь был постоянно наполнен какими-то событиями и интересными встречами. Я и сейчас постоянно участвую в симпозиумах, пленэрах, проектах, мероприятиях, которые связаны с творческой деятельностью.

— Какие чувства вызывает факт, что из 10 художников — участников именно вы стали победителем и выиграли поездку в Ялту на 5 дней?

— Победа моей работы стала полной и очень приятной неожиданностью. Это был восторг, который даже не сразу пришёл ко мне. Осознание победы наступило тогда, когда я вернулась домой, достала диплом победителя и показала его своему супругу.

Еще раз выражаю большую благодарность организаторам и лично Генеральному директору сети отелей PALMIRA GARDEN HOTEL & SPA.

Мне всегда приятно общаться с коллегами по цеху, потому что ты учишься у кого-то, кто-то учится у тебя. Я не чувствую конкуренции, а чувствую лишь участие в творческом процессе.

— Дина, и традиционный вопрос: какие планы на этот год? Будут ли персональные выставки?

— Сейчас готовлюсь к персональной выставке, которая пройдёт в июне. Ее открытие состоится 12 июня в селе Ширяеве в доме-музее Ильи Репина в рамках арт-фестиваля «Колыбель ремесел», организованном при поддержке Самарского художественного музея.

Это очень ответственная выставка, потому что она посвящена моему любимому виду прикладного искусства — ручному ткачеству. На выставке будут представлены работы не только на плоскости, которые можно повесить на стенку, а также работы, выполненные в технике «текстильная скульптура» и performance.

Приглашаю всех на это мероприятие! Выставка будет называться «Красной нитью…».

Особо хочу отметить, что моя выставка будет проходить в рамках фестиваля, куда съедутся люди со всей России. Поэтому для меня, как человека, который постоянно организует персональные выставки, готовится к каждой как к особенному событию, это вдвойне волнительно и ответственно.

— Как вы думаете, нужно ли проводить такие совместные мероприятия, как арт-фестиваль в Пальмире, пленэры, выставки?

— Безусловно. Такие проекты помогают творческим людям общаться, находить новые локации, смотреть и узнавать не только новые города, но и страны, помогают находить новых поклонников своего искусства. Поэтому я считаю, что подобные мероприятия являются продолжением хороших традиций и это обязательно нужно делать. Хотя бы для того, чтобы творческий человек мог оставить после себя художественное наследие потомкам. Это очень важно.

Вот один из примеров подобных мероприятий, который дошел до наших дней. Русская императрица Екатерина II заказала проект для истории. Смысл его заключался в том, что художники сплавлялись по Волге и писали картины, изображая города, которые стоят на волжских берегах. Все эти работы дошли до нас. А Илья Репин после похожей поездки создал свой шедевр «Бурлаки на Волге».

Возможно, после поездки на прошедший арт-фестиваль кто-то из художников напишет картину, которая войдёт в историю искусств как новый шедевр.

Материал предоставлен Ассоциацие Евразийского Художественного Союза

Как только я зашла в дом Руслана, мой взгляд сразу «пригвоздился» к тому самому уникальному камину. Некоторое время я не могла оторвать от него взгляд. Хотелось разглядеть этот чудо-камин в мельчайших подробностях и осмыслить увиденное. Конечно же, посыпались вопросы к автору, которые в итоге вылились в целое интервью.

— Как возникла идея создания?

— Когда увидел камин в Третьяковке, сразу внутри родилось мощное «ХОЧУ!». Не было идеи, была все та же самая любовь.

— Из каких материалов сделано данное произведение?

— С материалом была проблема. Первое, что пришло в голову, это воссоздать из того же, из чего сделан оригинал — глина, обжиг. Но это оказалось очень проблематично и затратно. Да и по времени было рискованно. Пришлось импровизировать, очень много искать, думать. Остановились в итоге на самых современных технологиях – это полиуретан, 3D принтер, сложные цифровые модели. Не обошлось, конечно, без ручной росписи. Высшего мастерства специалисты расписывали, подбирали краски, чтобы они не утопали, а играли. В общем, это творческое приключение, так скажем.

— Вы работали один или у вас есть команда?

— Конечно у нас команда, все профессионалы своего дела! Без этого никуда, как говорится, «один в поле не воин». Все энтузиасты, каждый «величина» в своей области. Кто 3D модели делает, 2D модели, печатники и 3D принтеры.

— Получается, сейчас с помощью современных технологий мы можем воспроизвести всю ту красоту, какую мы видим, например, в музеях?

— Да, в этом и кроется весь смысл. Мы не делаем просто копию. С помощью новых технологий, идя по следам и в сотворчестве с произведением, мы создаем своё творение.

— Камин очень колоритный. Важно ли пространство для него, место, где будет находиться это произведение искусства?

— Конечно, это обязательно высокие потолки и место, где он будет привлекать внимание. Камин состоит из 198 деталей. Это огромное количество. Нужно учитывать очень много нюансов, ведь его нужно разглядывать, нужны ракурсы, расстояния, нужен свет. Помещение должно быть большое, в маленьком камин просто потеряется.

— Помимо того, что вы идейный вдохновитель создания уникального шедевра, чем вы еще занимаетесь. Расскажите немного о себе?

— Мне безумно нравится творить, что-то создавать. Если появляется такая возможность, я ее никогда не упускаю. Область применения разная. Сейчас — это загородное строительство и все сопутствующее ему. Создание всего того, что подходит для интерьера. Все, что может сделать нашу жизнь уютной, красивой и комфортной.

* * *

Вот такая интересная беседа получилась с этим удивительным человеком. Я в очередной раз убедилась, насколько богата талантами наша страна. Как много у нас самобытных мастеров, способных так гармонично соединять современные технологии и традиции, создавая поистине уникальные произведения искусств.

Также убедилась в правильности своего решения основать Художественный Союз, который совместно с единомышленниками активно развиваю. Поэтому приглашаю мастеров художественных ремесел и деятелей искусств в нашу дружную команду. Ведь Художественный Союз — это гармоничный симбиоз творчества и бизнес-технологий, которые открывают новые возможности для развития.